Возможные сценарии развития кризиса

Российский опыт

Автор:
Источник: Журнал «Генеральный Директор» №6-2009
Опубликовано: 12 июня 2009

На какие вопросы Вы найдете ответы в этой статье

  • Что ожидает Россию, если цена на нефть упадет до минимума
  • Какова вероятность оптимистичного сценария развития экономики и в чем он будет заключаться

Цены на нефть до сих пор являются ключевым фактором, определяющим состояние отечественной экономики. Они начали снижаться в июле 2008 года. Спад в экономике России начался в октябре того же года. За эти три месяца в результате снижения цены на нефть с 90 до 40 долл. США за баррель генерируемая экономикой России совокупная прибыль сократилась в два раза. Это притом, что 40 долларов за баррель российской нефти – все еще очень высокая цена, почти в 2,5 раза превышающая среднюю стоимость нефти в 90-х годах прошлого века.

Что ожидает Россию,  если цена на нефть упадет до минимума

В 1986 году цена на нефть упала до сверхнизкого значения – около 10 долларов за баррель. Инфляция доллара, накопленная за последующие двенадцать лет, не помешала цене на нефть второй раз упасть до тех же значений в 1998 году. Сегодня ничто нам не гарантирует, что падение не повторится.

По подсчетам Минэкономразвития, прирост стоимости нефти на один доллар приносил в федеральный бюджет 45–50 млрд. рублей (при курсе около 27 рублей за доллар). Следовательно, падение цены на нефть с заложенных в бюджете 41 доллара до 10 вызовет падение доходов бюджета как минимум на 1,5 трлн. рублей.  Кроме того,  резко сократится приток валюты в страну. С лагом в полгода упадет цена на газ. За это время за рубежом резко сократится потребление газа (первый квартал 2009 года показал, что это вполне реально). Зарубежные потребители газа начнут покрывать свои потребности за счет созданных запасов и частичного перехода на мазут.

Будет существенно урезан импорт. Такая необходимость будет вызвана, прежде всего, резким сокращением притока валюты в страну (для выправления торгового и платежного балансов), тем более что компенсировать падение экспорта другим способом (притоком валюты в виде займов и инвестиций) не получится из-за мирового финансового кризиса и общей непривлекательности экономики России вследствие падения цен на сырье.

Импорт можно урезать двумя способами: повышением пошлин и девальвацией национальной валюты. Причем серьезность проблемы определяет серьезность решения. Иными словами, повышение пошлин на 1% и рост курса доллара на один рубль ничего не изменят. Путь масштабного роста импортных пошлин для России закрыт, пока мы стремимся в ВТО (которая, кстати сказать, может развалиться в результате волны протекционизма в большинстве стран-участниц, которая будет ответом на мировой экономический кризис). Остается второй вариант – понижение курса национальной валюты.

В результате пострадают многие отрасли экономики. Кратное сокращение импорта нанесет удар по оптовой и розничной торговле. Замещение импортных товаров  отечественными аналогами даже в лучшем случае займет некоторое время, а часть позиций будет невозможно заместить в принципе. Трудности испытают также предприятия,  работающие на внутренний рынок и использующие в производстве импортные комплектующие. Из-за серьезного сокращения госзаказа пострадают компании, привыкшие сотрудничать с государством (как на федеральном, так и на региональном уровне), в том числе малый бизнес (который в провинции получает немалую часть заказов от местных властей), а также дорожное строительство. Из-за недостатка денег спрос и цены на недвижимость как в Москве, так и в регионах продолжат падать. Ситуацию осложнит уход с этого рынка государства, которое намеревалось в 2009 году закупить жилья более чем на полтриллиона рублей. По мере нарастания финансовых проблем в бюджете приоритет получат социальные выплаты, а средств на поддержку строительной отрасли будет все меньше.

Сокращение доходов нефтегазовой отрасли ослабит позиции нефтяных и газовых компаний, которые будут вынуждены значительно сократить объем своих заказов. В свою очередь, это вызовет серьезный спад в судостроении, машиностроении, трубной отрасли, металлургии и ряде других отраслей, обслуживающих потребности топливно-энергетического комплекса. Причем причиной незавидного положения нефтяных и газовых компаний станет не только налоговая политика государства, изымающего большую часть их прибыли. Сами компании в период благоприятной конъюнктуры слишком увлеклись экспансией в непрофильные бизнесы и не обеспечили свой бизнес достаточным финансовым  резервом.

Банковская система, лишенная подпитки извне и со стороны органов государственной власти, будет испытывать перманентный кризис ликвидности, знакомый нам по 90-м годам. Дорогие кредиты будут доступны в основном только экспортерам. Потребительское и ипотечное кредитование сократится в разы против нынешнего уровня.

На уровне компаний новая девальвация обернется рядом дефолтов и банкротств (в основном среди компаний, занимавших в валюте и работающих на внутреннем рынке). Заложенная собственность начнет переходить в руки иностранных и отечественных кредиторов.

Замечу, что падение цен на нефть в 1998 году завершало долголетний период низких цен на нефть, а падение цен 2008–2009 годов завершает почти столь же длинный период высоких цен. Это означает, что достаточно низкие цены на нефть могут продержаться долго – пять-семь лет (а возможно, и больше). В этом случае государство начнет покрывать дефицит бюджета за счет всех возможных источников: необеспеченной эмиссии, приватизации, займов за рубежом. Причем, скорее всего, в условиях мирового экономического кризиса найти достаточное количество денег на открытом рынке не удастся, поэтому государство будет вынуждено обращаться к международным финансовым организациям. А собственность, которая в годы нефтяного изобилия могла быть продана весьма дорого, будет продаваться очень дешево.

С помощью эмиссии и займов, а также средств Стабфонда государство кое-как дотянет до следующего электорального периода без серьезного урезания социальных программ (замечу, что это, собственно, и было истинной целью создания Стабфонда). После выборов Думы и президента, когда деньги закончатся, социальные программы будут урезаны. В распоряжении вновь избранной власти будет шесть лет (новый срок президентских полномочий) для того, чтобы дождаться нового витка цен на нефть и таким образом «пересидеть» кризис.

Есть ли альтернатива пессимистичному сценарию?

Хочется быть оптимистом, хотя бы по знакомому любому руководителю принципу – надейся на лучшее, готовься к худшему. Можно было бы выбраться из провальной ямы кризиса в короткий срок и даже учетверить ВВП России, если бы цены на нефть выросли хотя бы до пороговых 70 долларов за баррель. Это первое, что приходит на ум. Однако обсуждать этот сценарий не имеет смысла – в том числе в силу его фантастичности.

Поводом для оптимизма может послужить тот факт, что текущий кризис – это кризис капиталистической экономики. Он подразумевает не катастрофичное (хотя и сильное) падение ВВП и уровня жизни в стране. В 80–90-х годах прошлого века мы наблюдали другой, трансформационный кризис – переход от индустриальной и милитаризованной социалистической экономики к постиндустриальной (учитывая, насколько уменьшилась доля индустрии в ВВП России, наша экономика и в самом деле сегодня является постиндустриальной, правда, нельзя сказать, что в хорошем смысле этого слова). А раз мы переживаем кризис капиталистической экономики, то и антикризисные меры правительства, которые не приносят результата, не должны никого огорчать. Лишь бы не вредили. Например, навредить падающей экономике мог одобренный осенью возврат от ЕСН к взносам во внебюджетные фонды с повышением реальной ставки налогообложения для предприятий. По подсчетам самого правительства, у субъектов экономики было бы изъято до триллиона рублей. Другой пример: начатое летом 2008 года дело «Мечела» могло навредить фондовому рынку, если бы не было спешно свернуто по случаю кризиса. В обоих случаях правительство, пусть и с запозданием, проявило достаточную адекватность, поэтому можно надеяться, что сильного вреда его действия бизнесу не принесут.

Еще один возможный сценарий развития кризиса, который в долгосрочной перспективе обещает стране рост и развитие несырьевой экономики: рано или поздно в целях спасения банковской системы и стимуляции импортозамещения правительство будет вынуждено пойти на повторную девальвацию, резкую и глубокую. Сейчас ЦБ РФ осторожно ревальвирует доллар, подталкивая население, скупившее осенью прошлого года почти 76 миллиардов долларов, к продаже валюты банкам. Резко ревальвировать нельзя – чтобы не навредить торговому и платежному балансам, вызвав рост импорта в страну. Поэтому изменения проводятся осторожно – перед населением лишь обрисовывается тренд на понижение. Банки снижают ставки по валютным депозитам и наращивают их по вкладам в национальной валюте, подталкивая население к возвращению к рублю. Новой девальвации можно ждать после того, как прояснится ситуация с совокупным объемом «плохих кредитов» у крупных банков, и тогда, когда банки выкупят обратно у населения значительную часть приобретенной валюты. Тогда ЦБ добавит банкам недостающую для покрытия убытков сумму (за счет золотовалютных резервов) и проведет новую девальвацию. Прибыль от роста курса доллара, с одной стороны, покроет убытки банков, а с другой – запустит, наконец, процесс импортозамещения, а вместе с ним – рост экономики. Следующая за девальвацией инфляция «съест» зарплаты и серьезно удешевит труд, что придаст экономике дополнительный стимул к росту.

Рассчитывать на то, что государство рекапитализирует в необходимой мере банковскую систему за свой счет, не приходится. Во-первых, общий объем кредитов, выданных предприятиям и гражданам, достигает 30 триллионов рублей. А просрочка даже по смягченным российским правилам у ряда ведущих российских банков превысила 10%. Во-вторых, в условиях кризиса бюджет уже испытывает серьезный дефицит. А в 2010 году дефицит увеличится еще более чем на триллион рублей, которыми нужно будет покрывать дефицит бюджета Пенсионного фонда (ранее предполагалось, что этот триллион заплатит экономика). Допустить же крах банковской системы государство не может. Потому остается одно – нарастить прибыль системы за счет девальвации, получив к тому же ряд дополнительных плюсов в виде импортозамещения и сокращения стоимости труда. Что и создаст почву для развития несырьевой экономики.

Автор: