Практические вопросы принятия обязанности возмещения потерь

Корпоративное право

Автор:
Источник: Журнал “Учет и контроль” №7-2021
Опубликовано: 22 сентября 2021

В статье анализируется договорная практика применения статьи 406.1. Гражданского кодекса РФ (возмещение потерь). Внимание уде­лено зависимости степени риска наступления события возмещения потерь от действий или бездействий бенефициара (получателя гарантии возмеще­ния потерь) и предложены способы защиты интересов гаранта возмещения потерь от рассмотренных риск-факторов.

Статья 406.1. Гражданского кодекса, вступившая в силу с 1 июня 2015 года, ввела в российское законодательство инструмент возмещения потерь. Характерной чертой указанного инструмента является возможность одной стороны принять на себя финансовые риски в отношении событий, которые могут наступить в будущем, но которые сами по себе не являются наруше­нием обязательств такой стороны. Возмещение потерь не относится к воз­мещению убытков, и, в связи с этим не связано с наличием вины или факта нарушения обязательств.

Условие о возмещении потерь достаточно часто встречается в коммер­ческой практике, и, можно сказать, что является своеобразной модой - дан­ным условием дополняются договоры, причем зачастую даже в тех случаях, когда стороны договора не являются лицами, ведущими предприниматель­скую деятельность (что в силу пункта 1 статьи 406.1 Гражданского кодекса исключает возможность применения данного инструмента).

По нашему мнению, рассматривая положения договора об обязанно­сти возмещения потерь как дань моде и новую традицию договорной прак­тики, сторона, которая принимает обязательства по возмещению потерь, не вполне оценивает уровень рисков.

В обычной договорной практике событие, при котором наступает обя­занность по возмещению потерь, описывается не конкретно, а по принципу “любое событие, которое имеет определенные последствия”, где послед­ствием является, например, потеря собственности на предмет купли-про­дажи. Между тем, принятие на себя обязательства возмещения потерь по та­кой модели значительно смещает баланс рисков от стороны, которая полу­чает право требования возмещения потерь, к стороне, которая принимает подобное обязательство.

Простая оценка вероятности наступления событий, с которыми связано возникновение потерь, говорит о том, что такая вероятность в большинстве случаев зависит от действий бенефициара такого возмещения, в частности, его поведении после получения информации об угрозе наступления события возмещения потерь.

Во-первых, это провокация рисков - подход такой же, как при оценке рисков при страховании. Очевидно, что шанс получения претензии со сто­роны контролирующих органов зависит от режима деятельности, провоци­рующего проверку или нет. Например, если приобретается действующая ор­ганизация, то шанс получения претензий по периодам до сделки вырастет, если новое руководство совершит действия, которые спровоцируют про­верку - например, покажут налоговый убыток (то, что убыток является риск-фактором при назначении проверок - общеизвестно). Прогноз простой: если проверка назначена, то у нее есть целевые показатели, которые навер­няка будут достигнуты. Данный фактор достаточно широкий, и не ограничи­вается только проверками. Это может быть изменение корпоративной струк­туры бизнеса (например, ввод иностранного владельца), манипуляции с приобретаемым имуществом (например, выделение долей), вывод или ввод определенных активов, кадровые решения по ключевому персоналу - в зависимости от конкретной ситуации и особенностей ведения конкретного бизнеса.

Во-вторых, это необходимость организации документооборота и полу­чения информации. Наступление негативных последствий в ряде случаев связано с получением информации о наличии каких-то претензий, админи­стративных или судебных процессов. Отсутствие реакции на такие процессы, исходя из процессуального законодательства, обуславливает их неблагопри­ятный исход. В частности, в силу части 3.1. статьи 70 Арбитражного процес­суального кодекса РФ если истец что-то утверждает, а ответчик проигнори­ровал судебный процесс, то суд считает утверждения признанными ответ­чиком. Например, если в суд заявлен иск о признании строения самовольной постройкой (статья 222 Гражданского кодекса), то ответчиком по делу (как это разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 “О некоторых вопросах, возни­кающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав”) является текущий собственник (владелец). Если такой владелец проигнорирует такой суд, то с большой до­лей вероятности этот суд будет проигран, даже если имеются документы, подтверждающие законность постройки. Здесь имеется нюанс, состоящий в том, что, к сожалению, ситуация неполучения почты часто случается не­преднамеренно, и с практической точки зрения неуведомление можно счи­тать скорее фактором риска, чем нарушением обязательств. Тем не менее, представляется справедливым, что риск этот должен нести тот, кто обязан получить претензию - тем более, что данный вывод содержится и в пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 61 “О некоторых вопро­сах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью адреса юридического лица”.

В-третьих, это признание бенефициаром возмещения потерь претензий третьих лиц. Если лицо получило гарантии возмещения потерь, то рацио­нальным поведением при получении претензии для него является не возра­жать против нее, а признать (удовлетворить), и обращаться к гаранту за возмещением потерь. Например, признать нарушение законодательства при составлении протокола административным органом. Разумеется, такая линия поведения не устроит гаранта.

Наконец, существует вероятность полной недобросовестности получа­теля гарантии возмещения потерь, когда такой получатель гарантии самосто­ятельно организует событие, при котором требуется возместить потери. Без­условно, данные действия носят уже криминальный характер (то есть в отли­чие от описанных выше вариантов, существует шанс оспорить обязанность возместить потери в исходной ситуации), однако данный риск все равно не­правильно игнорировать, с учетом того, что раскрытие (доказывание) злого умысла не происходит во всех случаях. В связи с этим, механизм обращения за возмещением потерь должен защищать в том числе от такого случая.

Все описанные выше факторы говорят о том, что принятие на себя обя­зательств по возмещению потерь не должно быть безусловным, и должно сопровождаться согласованием ряда дополнительных условий, обеспечива­ющих баланс интересов обеих сторон - с одной стороны, наличие обязанно­сти возместить потери при наступлении определенных обстоятельств, а с другой - защиту гаранта от ситуации, когда событие возмещения потерь спровоцировано получателем гарантии.

Представляется, что к таким условиям необходимо отнести следующие:

  1. Ограничение срока обязательства возмещения потерь (ограничение действия выдаваемой гарантии каким-то разумным сроком, например, тремя годами, соответствующими общему сроку давности).
  2. Введение “порога малозначительности”, то есть суммы потерь, кото­рая не возмещается (аналог франшизы в страховании).
  3. Запрет для получателя гарантии признавать какие-либо нарушения (в том числе фактическими действиями), обязанность возражения, обжало­вания и следования инструкциям гаранта возмещения потерь (право отка­зать в возмещении потерь при неинформировании об угрозе события возме­щения потерь).
  4. Распределение рисков неполучения уведомлений (обязанность полу­чать уведомления, относящиеся к тематике гарантии и право отказать в воз­мещении потерь в случае, если потери стали следствием неинформирован­ности).
  5. Порядок взаимодействия между гарантом и получателем гарантии при получении информации и претензиях, а также последствия его нарушения.
  6. Прекращение обязательства возмещения потерь в случае совершения действий, которые исходя из конкретных обстоятельств сделки повышают шансы негативных последствий, например, использование имущества ка­ким-либо образом, начало или прекращение определенной деятельности, наступление каких-либо корпоративных событий, отчуждение определен­ного имущества и т.п.

Резюмируя вышеизложенное, можно констатировать, что в настоящий момент инструмент возмещения потерь (статья 406.1. Гражданского кодекса РФ) широко используется в современной договорной практике. Тем не ме­нее, характер его использования зачастую упускает из виду ряд факторов, делающих риск возникновения события, при котором возникает обязанность возмещения потерь, непредсказуемым и неконтролируемым для стороны до­говора, которая приняла на себя соответствующее обязательство. Чтобы из­бежать подобной ситуации, рекомендуется дополнять условие о возмещении потерь оговорками, ограничивающими право требовать возмещения потерь в случаях, когда возникновение потерь сопряжено обстоятельствами, спра­ведливо относящимися к рискам получателя права возмещения потерь.

Список литературы

  1. Гражданский   кодекс   РФ   (часть   первая):   Федеральный закон от 30.11.1994 № 51-ФЗ
  2. Арбитражный процессуальный кодекс РФ. Принят. Государственной Думой. 14 июня 2002 года
  3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной прак­тике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»
  4. Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 61 О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью ад­реса юридического лица

Автор:

Теги: возмещение потерь  возмещение убытков  406.1 Гражданского кодекса  обязанность возмещения потерь  принятие на себя обязательства  оценка рисков  признание бенефициаром возмещения потерь  Гражданский кодекс  гарант возмещения потерь