Интерес миноритария как участника корпоративных отношений

Личные финансы
Источник: Журнал "Акционерное общество: вопросы корпоративного управления" №2-2011
Опубликовано: 10 февраля 2011

На вопросы журнала «Акционерное общество: вопросы корпоративного управления» отвечает директор по корпоративному управлению компании Prosperity Capital Management Денис Александрович Спирин.

Денис Александрович, что такое интересы акционерного общества и совпадают ли они с интересами миноритарного акционера как участника корпоративных отношений?


Как известно, любое акционерное общество — это коммерческая организация, а целью деятельности любой коммерческой организации является извлечение прибыли. Об этом прямо говорится в 50 статье Гражданского кодекса РФ. Исходя из этого, интерес каждого общества заключается в развитии, укреплении своего положения на рынке соответствующих товаров и услуг, а также росте стоимости бизнеса компании.

Все перечисленные цели, стоящие перед акционерным обществом, полностью отвечают интересам добросовестных миноритарных акционеров, поскольку их достижение ведет к увеличению стоимости доли миноритария в уставном капитале такого общества и увеличению размера получаемых им дивидендов. А это и является благами, извлекаемыми миноритариями от участия в обществе. Таким образом, интересы миноритариев и общества полностью совпадают.

Можно, конечно, возразить, что на практике встречаются ситуации злоупотреблений со
стороны миноритарных акционеров, так называемый «гринмэйл», или даже случаи использования миноритарных пакетов для рейдерских целей, и что это и есть пример противоречия. Однако, во-первых, эти случаи крайне редки и с ними давно научились эффективно бороться в правоприменительной практике (т. е. они не являются действительной практической проблемой, которую стоило бы учитывать в рамках рассмотрения данного вопроса), во-вторых, такие действия противоречат самой сути портфельных инвестиций и интересы лиц, осуществляющих такие действия, не могут рассматриваться в качестве институционального интереса миноритарного акционера (т. е. они институционально не могут быть положены в основу относительной оценки интересов общества и миноритариев).

Совпадают ли интересы мажоритарного и миноритарного акционера?

В идеале, интересы миноритариев и мажоритария должны совпадать, что и имеет место при добросовестном поведении последнего.

Закон предусматривает одинаковые для всех акционеров способы получения выгоды
от участия в обществе. Это, как я уже говорил, рост стоимости доли и участие в прибыли компании в форме получения дивидендных выплат. При этом закон устанавливает специальные механизмы, призванные пресекать иные, непредусмотренные законом, способы получения выгоды. К таким механизмам относятся одобрение сделок с заинтересованностью, возмещение заинтересованным лицом убытков, причиненных им обществу, и проч.

Между тем, на практике мажоритарий, контролирующий органы управления общества, зачастую пытается получить дополнительный доход, используя имущество общества в своих интересах в ущерб интересам общества и его миноритариев.

Простейшим примером является ситуация, когда органы управления общества под влиянием мажоритария одобряют и обеспечивают совершение сделки, которая чрезвычайно прибыльна для мажоритария (напрямую либо через подконтрольное ему лицо), но убыточна для общества и, соответственно, противоречит интересам его миноритариев. К сожалению, такие незаконные способы получения выгоды от участия в обществе настолько распространены на практике, что они рассматриваются как неотъемлемая часть прав, предоставляемых контрольным пакетом акций. Этот довод подтверждается дисконтом, применяемым при оценке к стоимости одной акции, входящей в состав миноритарного пакета акций, по сравнению со стоимостью такой же акции, входящей в состав контрольного пакета. Если исходить из того, что акционеры используют только законные способы получения выгоды, то такого дисконта быть не может, т. к. одна акция в составе любого пакета будет предоставлять один и тот же объем возможности получения прибыли.

Подводя итог, можно дать следующий ответ на поставленный вопрос: интересы миноритариев заключаются в развитии эмитента, укреплении его положения на рынке, росте его стоимости и полностью совпадают с интересами самого эмитента. Интересы добросовестного мажоритария также совпадают с указанными интересами общества и, соответственно, миноритариев, но на практике мажоритарий зачастую преследует свои собственные интересы, отличные и часто противоречащие интересам общества и, соответственно, миноритариев.

То есть, Вы утверждаете, что противоречий между интересами мажоритарного акционера и миноритариев нет?

Да, противоречий между интересами, подчеркну, добросовестного мажоритарного акционера и миноритариев нет.

Рассмотрим ситуацию: мажоритарий хочет закрыть бизнес для того, что – 
бы использовать высвобождающиеся ресурсы для развития иных видов своего бизнеса. Или мажоритарий хочет остаться один и пользуется предусмотренными законодательством возможностями по вытеснению миноритариев. Следует ли эти действия также признать соответствующими интересам миноритарных акционеров?


Отвечая на этот вопрос, нужно рассмотреть отдельно два приведенных вами примера,
а также в каждом случае оценить две составляющие волеизъявления мажоритария: цель и действия, направленные на ее достижение. И, именно исходя из действий, можно будет говорить о влиянии соответствующего решения мажоритария на интересы миноритариев. Первая цель — «закрытие» бизнеса и развитие иных видов бизнеса — говорит о том, что мажоритарий, очевидно, хочет данный бизнес покинуть. Что ж, его право. Такая цель сама по себе на интересах миноритариев никак не сказывается.

Вопрос в том, какие действия предпримет мажоритарий на пути к достижению данной цели. Добросовестный мажоритарий, желающий выйти из бизнеса, по нашему мнению, просто должен продать свою долю новому стратегическому инвестору. В таком случае будут сохранены интересы всех участников данного правоотношения — мажоритария, общества и миноритариев.

Если же «закрытие» бизнеса заключается в ликвидации или банкротстве компании, рас – 
продаже или вовсе выводе активов, очень часто встречающемся в случаях «закрытия» бизнеса, вряд ли можно такие действия признать соответствующими интересам миноритариев и речь о добросовестности мажоритария здесь не идет. При этом подобные действия, очевидно, резко противоречат и интересам самого общества, которое в такой ситуации просто уничтожается. Вторая цель мажоритария — остаться одному — опять же сама по себе на интересах миноритариев никак не сказывается.

Если добросовестный мажоритарий действительно использует предусмотренные законом механизмы выдавливания миноритариев, а именно: мажоритарий направляет добровольное предложение по действительно справедливой цене, не менее 10% акционе ров, реально независимых от мажоритария, такое предложение принимают, и мажоритарий, набрав таким образом более 95% акций, выкупает акции у оставшихся миноритариев по такой же цене, то такое выдавливание интересам миноритариев не противоречит (по крайне мере, интересам большей их части, которые своим акцептом оферты подтвердили справедливость условий выкупа).

Однако если мажоритарий начинает манипулировать выкупом — создавать подконтрольных ему акционеров, которые примут его добровольное предложение, занижать цену выкупа и т. д. — такое выдавливание будет резко противоречить интересам миноритариев. И в данной ситуации действия мажоритария добросовестными назвать никак нельзя.

А в какой степени интересы миноритария совпадают с интересами других участников корпоративных отношений, например — менеджмента или персонала компании?

Менеджмент и персонал компании в корпоративных отношениях не участвуют. Поэтому оценить интересы менеджмента и персонала справедливо будет именно по отношению к интересам общества.

Думается, цели добросовестного менеджмента и персонала такие же, как у общества
— развитие, укрепление положения компании на рынке соответствующих товаров и услуг, а также рост стоимости бизнеса компании. Именно эффективная работа менеджмента и персонала способствует достижению этих целей, и по мере достижения целей увеличиваются возможности компании удовлетворять потребности менеджмента и персонала в росте заработной платы, уровне социальных гарантий и т. д.

Интересы же недобросовестного менеджмента и персонала, заключающиеся, например, в использовании компании в своих интересах либо в стремлении получать максимальный заработок при минимальной эффективности труда, будут противоречить интересам общества.

Кумулятивное голосование при избрании совета директоров во многом было введено, чтобы предоставить возможность миноритарным акционерам провести своих представителей в состав совета директоров. Но если интересы мажоритарного и миноритарного акционеров совпадают, то зачем миноритарию представитель в совете? Не лучше ли заменить его на независимого директора?

Как я специально подчеркнул, интерес миноритариев совпадают с интересами именно
добросовестного мажоритария. В идеальном мире, наверное, можно было бы ограничиться презумпцией того, что все участники корпоративных отношений добросовестны, и отказаться от всех инструментов пресечения злоупотреблений. Но, к сожалению, мы пока живем не в таком мире, и, как я отметил, на практике мажоритарий зачастую злоупотребляет своим положением, используя общество в своих интересах, вопреки интересам самого общества и интересам его миноритариев.

Именно поэтому все существующие инструменты пресечения злоупотреблений нужно сохранять и развивать, в том числе инструмент участия представителей миноритариев в работе совета директоров. При этом если в состав совета директоров будет выдвинут действительно независимый директор, способный, в том числе, отстаивать интересы миноритарных акционеров, то миноритарии с удовольствием добровольно за него проголосуют. Но это, подчеркну, не означает, что нужно создавать механизмы, принудительно «заменяющие» представителей миноритариев на независимых директоров.

Как по-Вашему, в достаточной ли степени действующее корпоративное законодательство обеспечивает поддержание баланса между интересами мажоритариев и миноритариев?

Действующее корпоративное законодательство такой баланс в приемлемой степени поддерживает, чего не скажешь о правоприменительной практике. На практике, к сожалению, корректно не работает и не защищает интересы миноритариев практически ни один из институтов, призванных такой баланс поддерживать, начиная с института сделок с заинтересованностью и возмещения убытков, причиненных обществу, и заканчивая обязательным предложением и принудительным выкупом. Однако и законодательство в последнее время пытаются изменить в худшую сторону — путем перекоса данного баланса в пользу мажоритарных акционеров, например, сокращая возможности миноритариев получать информацию об обществе, одобрять сделки с заинтересованностью, создавая ущемляющий интересы миноритариев порядок создания непубличных компаний, сокращая исключительную компетенцию совета директоров и случаи направления обязательного предложения.

Думается, что ни такая практика, ни попытки подобного изменения законодательства не отвечают тем целям, которые сейчас стоят перед страной в связи с намерением создать в Москве Международный финансовый центр, планами по приватизации миноритарных пакетов акций госкомпаний и необходимостью борьбы с оттоком капитала.


Теги: Миноритарий  корпоративные отношения  акционерное общество  миноритарные акционеры  стоимость бизнеса