Аудиторские будни – два с половиной года спустя

Ольга Овчаренко

Автор:
Источник: GAAP.ru
Опубликовано: 10 мая 2011

Добрый день, Ольга. Если можно, первый вопрос будет немного личным. Итак, просто чтобы наши читатели имели более четкое представление, с кем мы ведем беседу – что за прошедшие с нашего последнего интервью два с половиной года изменилось в Вашей профессиональной деятельности? Чем Вы занимаетесь сейчас?

Я продолжаю работать в той же самой аудиторской организации – Office of the City Auditor города Остина, штат Техас. Конечно, каждый проект, над которым мы работаем – это целый новый мир, скажем так: новый язык, новые стандарты и политика, новые подходы. Каждый день – это бесценный практический опыт. В последние годы я принимала участие в проекте, имеющем прямое отношение к Акту о Восстановлении Америки (American Recovery and Reinvestment Act – ARRA) 2009 года. Мы, в частности, изучали готовность городских властей распоряжаться фондами, а после этого провели «упреждающую» проверку отчетности по рабочим местам, которые финансируются в рамках грантов этого проекта, ARRA.

Я также получила еще одну профессиональную квалификацию – «Сертифицированный аудитор внутреннего контроля», от Института внутреннего контроля (Institute of Internal Controls). Cейчас я также  работаю с представительством Института Внутренних Аудиторов в Остине в качестве главы аттестационной комиссии и отдела маркетинга в рамках приближающегося двухдневного семинара для аудиторов.

Не так давно Совет по стандартам учета для государственных органов США (GASB) представил результаты своего исследования зависимости полезности финансовой отчетности госпредприятий для её пользователей от срока представления (подробнее). Выяснилось, что в среднем 6 месяцев – это тот срок, которые пользователи еще могут потерпеть, а после этого они уже не считают её актуальной для принятия деловых решений. Как обстоят с этим дела в округе Остин? Мы ведь, насколько я понимаю, говорим здесь о не очень крупных предприятиях– как быстро представляют отчетность они, и кто является её основными пользователями?

За годовой отчетный период, окончившийся 30 сентября 2010 года, город Остин опубликовал отчетные результаты 30 марта 2011 года, что дает нам в точности 6 месяцев. Городское управление закрывает свою отчетность к концу октября (один месяц спустя после окончания годового периода). Аудиторы наведываются в ноябре-декабре и начинают проверку. К 26 апреля 2011 года Deloitte должна представить свою презентацию в Аудиторско-финансовую комиссию (Audit and Finance Committee).

В дополнение к стандарту CAFR*, городское управление Остина также представляет ежемесячные и ежеквартальные финансовые ведомости, касающиеся поступлений и расходов основных денежных фондов города. Последний из таких квартальных отчетов, доступных для ознакомления, относится к периоду, завершившемуся 31 декабря 2010 года. Т.е. ему 4 месяца. Последний месячный отчет относится к февралю – ему 2 месяца. Хотя эта информация и не проходит такой же тщательный аудит, как годовая отчетность, тем не менее, это более актуальная и более полезная информация для принятия деловых решений. Таким образом, получается, что Остин стремится соответствовать ожиданиям пользователей. Основные из них – это держатели муниципальных облигаций, аналитики, представители регулирующих инстанций, исследователи в различных общественных ассоциациях.

* «Comprehensive Annual Financial Report» (CAFR, или «Полный годовой финансовый отчет»). Этот термин используется только в отношении финансовой отчетности госструктур, поскольку «CAFR» более сложен по своей структуре по сравнению с отчетностью публичных компаний частного сектора. Так, одним из наиболее значимых различий является статистическая секция (статистический отчет), который является для госструктур обязательным – GAAP.ru

В статье есть упоминание о «школьных районах» – school districts. Для российской среды такое территориальное деление нехарактерно и незнакомо. Лично мне стало любопытно, в связи с чем прошу Вас, Ольга, сказать о них несколько слов. Приходилось ли Вам проводить аудит у них, и можете ли Вы отметить некие его особенности, если таковые имеются. В частности, известно, что school districts имеют право самостоятельно взимать налоги. Вопрос – а кто контролирует тех, кто взимает?

Школьные районы – это специализированные правительственные подразделения, которые занимаются управлением общественных школ. Иногда школьные районы находятся под управлением федеральных или муниципальных правительственных подразделений, но в большинстве случаев они носят независимый статус.

Большинство общественных школ в Остине управляются Независимым школьным районом г. Остина (Austin Independent School District – AISD). Он управляет 124 школами, в которых работает более 12 тыс. человек (половина из них – преподаватели). Их годовой бюджет составляет практически 1 миллиард долларов. Это очень крупная организация с отдельными департаментами финансов и внутреннего контроля, по размеру и численности персонала сопоставимыми с городской администрацией всего Остина. Услуги, которые предоставляет AISD, сфокусированы на вопросах образования, тогда как городская администрация Остина предоставляет услуги самого широкого спектра – от библиотек и парков до аэропортов и «коммуналки».

Налог, который взимает AISD – это налог на собственность размером $1.227 за каждые 100 долларов собственности во владении. Например, если какое-либо домашнее хозяйство владеет домом стоимостью $500.000, оно будет ежегодно платить $6000 своему школьному району. Во всех остальных отношениях школы беспатны. Кстати, ставка AISD еще находится на самой нижней границе ставок по сравнению с другими школьными районами центрального Техаса. Однако нужно помнить, что наравне с налогами в пользу школьных районов, домашние хозяйства вынуждены платить налоги на недвижимость в пользу городской казны, в пользу округа, коммуны и так далее – в зависимости от того, где они проживают. Система налогообложения объектов собственности – многоуровневая, и ей обеспечен адекватный учет и надзор.

Два года назад мы уже интересовались Вашим мнением на этот счет, но тогда МСФО было лишь отдаленной перспективой. За прошедшее время многое изменилось, и теперь уже вся Америка, затаив дыхание, ждет июльского решения SEC относительно международных стандартов в США. Ведется ли какая-либо подготовка в аудиторской среде госпредприятий? Возможно, вы задумываетесь о приобретении необходимого IT-обеспечения, ведь это будет одной из основных статей расхода в случае перехода на новую систему учета. И насколько, по-вашему, быстро GASB перепишет стандарты учета для предприятий госсектора в случае перехода США на МСФО, ведь стандарты от FASB уже сейчас можно считать практически схожими с международными (за некоторыми различиями, работу над которыми они вместе с IASB сейчас в спешном порядке завершают)?

Насколько мне известно, IASB и FASB уже на протяжении многих лет работают вместе, стараясь улучшить и свести воедино стандарты для обеих организаций, и собираются делать это и дальше. Согласно информации на сайте FASB, не так давно (в прошлом месяце) IASB и FASB выпустили отчет по результатам достигнутого прогресса (подробности см. здесь – GAAP.ru).Согласно нему, в течение следующих нескольких недель Совет по МСФО выпустит новые стандарты по консолидированной отчетности (затронув здесь, в частности, тему раскрытия информации о владениях в сторонних организациях), совместным соглашениям и пенсионным вознаграждениям. При этом оба Совета одновременно выпустят обновленные требования по измерению на основе справедливой стоимости и представлению отчета о прочем совокупном доходе. Я лично считаю, что это очень полезное сотрудничество, которое окажется полезным обеим организациям, равно как и пользователям отчетности в обеих системах стандартов.

Я не думаю, что GASB займется переписыванием стандартов. С учетом масштаба сделанного прогресса, некоторые секции стандартов просто не могут быть обновлены, и в любом случае это потребует значительного времени, а после этого еще пройдет пара лет до фактического внедрения на практике.

Будучи аудиторами, мы смотрим на действующее законодательство и правила, чтобы разработать критерии проверки того, что мы, собственно, проверяем. Финансовые стандарты и руководства постоянно обновляются и меняются. Как и в случае со всеми другими изменениями законодательства, мы следим и за изменениями в стандартах, поскольку они определяют порядок аудиторской проверки. Например, Отдел управления и бюджета (Office of Management and Budget, OMB) выпускает свои руководства по отчетности в соответствии с Актом о восстановлении (ARRA) каждые несколько месяцев, и вам просто придется иметь представление об их сегодняшних ожиданиях, но при этом учитывать, что ваша аудиторская проверка также должна отвечать и предыдущим их требованиям.

Этот вопрос связан с предыдущим. Очень давно – еще в 2006 году – GASB выпустил документ«Whitepaper». Основная мысль этого документа заключалась в следующем: финансовая отчетность госпредприятий и компаний, работающих на прибыль (for-profit entities) должна быть разной. Склонны ли Вы с этим согласиться?

Не думаю, что было бы слишком разумным шагом для меня не согласиться с мнением Совета. В конце концов, я не обладаю и 1% их опыта конкретно в этой сфере. Что я могу сказать – так это то, что потребности тех, кто принимает деловые решения, и природа финансирования некоммерческих организаций слишком различаются, а потому последние должны представлять свою отчетность несколько иначе. Если слить требования для них с требованиями для коммерческих предприятий, это негативно скажется на полезности и актуальности финансовой информации.

Как Вы думаете, могут ли Соединенные Штаты остаться на US GAAP, тогда как весь остальной мир перейдет на МСФО? Это вообще возможно – загнать всех в рамки единой системы?

Возможно ли? Да. Но необходимо ли? Нет. Будет ли это эффективным? Снова нет. FASB и IASB отлично справляются с главной задачей – привнести больше синергии и вывести системы стандартов на новый уровень. Внесение изменений – задача непростая и затратная. Внедрение изменений напрямую влияет на способность организаций осуществлять свою деятельность и вовремя представлять своим акционерам финансовые отчеты. С течением времени стандарты от FASB, IASB, равно как и все другие из ныне использующихся в мире вполне могут стать одним целым. Однако я не думаю, что мне доведется быть свидетелем этого. И я в связи с этим не то чтобы очень сильно переживаю.

Кстати, Ольга, какими автоматизированными системами учета пользуются у Вас на работе, если это, конечно, не секрет?

Все финансовые расчеты здесь выполняются специальной интегрированной системой управления – Austin Integrated Management System (AIMS), которая также известна под именем Advantage Financial System 3 (AFS3). Она основана на базе Oracle. Есть и несколько других систем, используемых для решения специфических задач (например, измерение результативности, анализ качества управления проектами) – все они интегрированы с AIMS.

Сегодня наш офис применяет программный продукт, известный под именем CCH TeamMate. Это система управления аудитом, изначально разработанная PricewaterhouseCoopers, а затем проданная ими группе компаний CCH Group.

Насколько остро стоит проблема финансовых махинаций и коррупции на предприятиях госсектора США?

Коррупция или её видимость – потенциальная проблема для любой правительственной организации по всему миру, в особенности в экономических условиях, которым мы принадлежим сегодня. Американское правительство делает акцент на том, чтобы быть прозрачным, насколько это вообще возможно. Кодекс профессиональной этики введен в практику на всех правительственных уровнях. Немало внимания сомнительным действиям официальных чиновников уделяют и СМИ.

Есть ли у вас специальное подразделение, нечто вроде отдела «forensic accountants», которое занимаются такими случаями?

В городском управлении Остина действуют сразу несколько подразделений, которые следят за надлежащим поведением правительственных служащих (как, впрочем, и всех, кто там работает вообще). В частности, в нашем офисе действует так называемый City Auditor’s Integrity Unit(что примерно можно перевести как «Подразделение по обеспечению целостности офиса городского аудитора» – GAAP.ru). Это подразделение держит горячую линию для всех жалоб, связанных с хищением или неправильным использованием ресурсов из городской казны, а также проявлениями коррупции или финансовых манипуляций. Каждый случай рассматривается отдельно на основе имеющихся свидетельств, а потом перенаправляется соответствующим службам – просто отделу кадров, полицейскому департаменту Остина, а, возможно, даже и офису районного прокурора.

По мере проведения любой аудиторской проверки, в соответствии с действующими стандартами, от нас требуется в обязательном порядке задать несколько вопросов, связанных с хищением или неправильным использованием ресурсов, и принять во внимание эти факторы в ходе определения уровня риска.

Сам город также имеет один общий офис – Integrity Officer -который отвечает за соответствие этическим стандартам и проводит ежегодные тренинги в этом направлении.

Как известно, несмотря на предвыборные обещания высшего руководства страны четыре года назад, в России это по-прежнему остается очень большой проблемой. Какие, по Вашему мнению, методы могут быть наиболее эффективными в борьбе с недобросовестными чиновниками – огромные штрафы, уголовная ответственность, что-то еще?

Коррумпированная обстановка – это не что-то такое, что может быть изменено за одну ночь в результате одностороннего приложения усилий. Всегда в таких случаях есть две стороны «игры» – сторона, которая дает взятку, и сторона, которая её кладет себе в карман. По своим личным наблюдениям правительственные антикоррупционные действия я оцениваю весьма позитивно. Я действительно считаю значительным прогресс, которого удалось достичь в этой области для достижения главной цели. Практики по контролю финансовой отчетности сейчас более чем достаточно – бери и пользуйся. Неправильное использование ресурсов или фальсификация документов – это уже другой вопрос. Сегрегация обязанностей, механизмы авторизации, другие методы контроля – все это есть. Однако надзор можно улучшать и далее для снижения вероятности таких проявлений.

В моем понимании, чтобы установились открытые, честные отношения между правительством и гражданами, нам всем необходимо работать над этим снизу-вверх, то есть работать как единая нация, вместо того чтобы критиковать правительство за отсутствие быстрых результатов. Это не только обязанность правительства – бороться с коррупцией – это задача для всех. Значение могут иметь действия каждого, и каждый должен принимать участие.

Первым, что нужно, в моем понимании, сделать – это установить концептуальное видение решения проблемы. На федеральном уровне это уже было сделано. Разработаны стратегии, налажена информационная составляющая, созданы каналы. К сожалению, я не могу здесь ничего утверждать относительно законодательной антикоррупционной платформы, поскольку просто не обладаю достаточными знаниями в этой области. Очевидно, закон и политика должны играть значительную роль во внедрении стандартов поведения для государственных служащих.Честные, притом объективные механизмы расследования и соответствующая система наказаний являются составной частью этой законодательной платформы, над которой необходимо работать. Думаю, что наложение большей ответственности на областных и муниципальных чиновников высшего звена – это тот путь, по которому можно прийти к честной и прозрачной культуре управления в правительственных организациях. Если бы они стали разрабатывать соответствующие стратегии, и при этом соблюдать прозрачность в их внедрении на практике, это стало бы значительным шагом вперед. Федеральное правительство может представить некие образцы, которые содержали бы ключевые элементы – например, описание ролей и обязанностей, механизмы обнаружения, механизмы устранения, методы проверки кандидатов при приеме на работу, требования к обучающим курсам и т.д. После этого федеральные и муниципальные правительства могли бы завершить работу над стратегиями вместе с широкой общественностью, дабы учесть специфику и особенности каждого конкретного сектора.

Не менее важно уделять внимание и другой стороне проблемы. Почему люди вообще дают взятки? Ищем корень этой проблемы и работаем с ним – решаем половину всей проблемы. К сожалению, я не видела, чтобы этой стороне вопроса уделялось бы столько внимания, сколько лично мне хотелось бы.

Я считаю, для того чтобы понять причину расхождений между тем, что делает правительство, и текущим уровнем коррупции, правильным будет задать себе такой вопрос: «Что лично я сделал, чтобы это изменилось? Сообщил ли я властям о факте дачи взятки должностному лицу, который я имел возможность наблюдать?» Изменений не будет без усилий всех граждан, борющихся, чтобы иметь то правительство, которое они хотят.

Ниже я привожу некоторые простейшие шаги, которые мне вспомнились. Они сгруппированы в соответствии с элементами внутреннего контроля по COSO (Комитет спонсорских организаций Комиссии Тредвея – GAAP.ru).

Контрольная среда:

  • «Голос сверху» должен звучать громко, чтобы быть услышанным
  • Видение и цель должны быть четкими и понятными
  • Важное значение имеет распространение информации об антикоррупционных инициативах среди общественности
  • Необходимо обеспечить прозрачность правительственной стратегии по борьбе с коррупцией
  • Не лишним будет подумать об улучшении условий деятельности малого бизнеса и частных предпринимателей, в настоящее время рассчитывающих на «особые отношения» с правительством, чтобы иметь возможность продолжать осуществлять свою деятельность
  • Официальные каналы разрешения проблемы с обязательным присутствием государственных представителей более эффективны, чем нерегулярные встречи
  • Полезным может оказаться проведение опроса среди общественности касательно доминирующего в обществе видения сложившейся сегодня ситуации и методов решения проблем
  • Важна ответственность на высшем уровне муниципальных правительственных структур

Оценка риска:

  • Прежде всего, оценка окружения, в котором случаются проявления коррупции (хорошим подспорьем могут стать публичные опросы, с помощью которых можно установить составляющие коррупции и мотивацию сторон, участвующих в этом процессе)
  • Оценка контроля: нахождение слабого звена, создание рычагов, специально служащих для предотвращения нежелательного поведения
  • Дальнейшее применение результатов успешных исследований, проведенных российскими и зарубежными правительственными органами, которые продемонстрировали на практике положительные результаты

Средства контроля:

  • Законодательство и правила, внедряющие механизмы наказания и противодействующие проявлениям коррупции
  • Стратегия и политика борьбы с коррупцией местных муниципальных органов, с помощью которых они могут вносить свой посильный вклад в её обнаружение и предотвращение
  • Независимая оценка официальной практики борьбы с коррупцией, проверка самих официальных представителей
  • Информационные каналы для сообщений о случаях дачи взяток

Информационный обмен, коммуникации:

  • Публичная доступность антикоррупционных стратегий
  • Общественное обсуждение наилучшей практики борьбы с коррупцией, равно как и наиболее провальных в этом отношении подходов
  • Периодические тренинги официальных представителей федеральных и муниципальных правительственных структур, связанных с действующим антикоррупционным законодательством

Мониторинг:

  • Руководители высшего звена в местных правительственных структурах должны быть ответственными за внедрение стратегий борьбы в подконтрольных им областях
  • Федеральный и муниципальный надзор
  • Простые граждане, сообщающие куда следует о замеченных злодеяниях
  • Эффективные механизмы расследования на муниципальном уровне

Ольга, спасибо Вам огромное, что выбрали время и поделились с нами своим опытом, и до новых встреч!

Автор:

Теги: Аудитор  Office of the City Auditor  Акт о Восстановлении Америки  American Recovery and Reinvestment Act  ARRA  Институт внутреннего контроля  Institute of Internal Controls  Совет по стандартам учета для государственных органов  GASB  Остин  финансовая